Архив

В статье исследуются отношения, складывающиеся по поводу осуществления деятельности в режиме самозанятости. Однако данная проблема представляет не только научный, но и практический интерес, поскольку от ее решения зависят эффективность правового регулирования непредпринимательской хозяйственной, хозяйственно­трудовой и творческой деятельности и их разграничение между собой. В основе надлежащей институционализации самозанятости находится понимание того факта, что содержательной характеристикой самозанятости, предопределяющей ее правовой режим, является хозяйственно­трудовая деятельность (за исключением случаев, когда правовой режим самозанятости обусловлен институтом публичной монополии). Только определив объект таких отношений, их субъектный состав, институциональную среду, в которой они формируются, механизм и методологию осуществления деятельности и иные элементы организационно­правовой конструкции самозанятости, можно сформировать представление о данном явлении. Автор выдвинул гипотезу, что понять сущность самозанятости можно только через исследование ее организационно­правовой конструкции.
 

Развитие рынка услуг облачных технологий и отсутствие их нормативного регулирования привело к различиям в понимании природы облачных услуг и, как следствие, применяемых норм к возникающим правам и обязанностям. На основании проведенного исследования существующих договорных конструкций, опосредующих оказание подобных услуг, автор приходит к выводу о необходимости рассмотрения таких договоров через призму договора возмездного оказания услуг, а при осложнении договора лицензионным элементом – смешанного договора. Поскольку договоры оказания услуг облачных технологий, не предусматривающие денежную оплату, остаются за рамками такой квалификации, а также с учетом специфики и многообразия оказываемых услуг автором отмечается необходимость разработки специального гражданско­правового регулирования оказания услуг облачных технологий (в т.ч. типовых договоров).
 

В статье рассматриваются чрезвычайные правовые режимы Республики Беларусь (чрезвычайного и военного положения). При рассмотрении их отраслевой природы автор раскрывает критерии конституционно-правовой институционализации рассматриваемого явления, предлагает систему его юридических признаков и выявляет межотраслевой характер. По результатам исследования обосновывается идентификация чрезвычайных правовых режимов в качестве института конституционного права Республики Беларусь, предлагается его
определение.
 

В статье рассматриваются понятия подкупа и вознаграждения, проводится дифференциация между подкупом и вознаграждением, незаконным вознаграждением. Предложены новые редакции норм Уголовного кодекса Республики Беларусь (далее – УК). Сделаны выводы о целесообразности изменения указанных статей с учетом принципов справедливости и индивидуализации уголовного закона и уголовной ответственности.
 

Статья посвящена анализу норм действующего законодательства и теоретических взглядов на перечень обстоятельств, возникновение которых запускает процесс исполнения соглашения о возмещении имущественных потерь. Автор выявляет проблемы правового регулирования соглашения о возмещении имущественных потерь и представляет возможные пути их решения.

В статье на основе анализа общественно опасных деяний, которые могут совершаться в рамках деятельности криптобирж, выявлены проблемные аспекты криминализации отдельных деяний, посягающих на цифровую экономическую деятельность. Определены детерминанты и предложены меры предупреждения указанных общественно опасных деяний.

В статье исследована природа принципа свободы хозяйственной деятельности. Данный принцип определен в качестве общесоциального и хозяйственно‑правового. Обосновано, что пределы допустимости хозяйственно‑правового принципа свободы хозяйственной деятельности обусловлены институтом легальных барьеров и институтом публичной монополии. Сформированы уровни и подуровни реализации данного принципа, на которых раскрывается содержание пределов допустимости принципа свободы хозяйственной деятельности.
 

Рационализаторы и изобретатели создают блага, находящиеся в основе существования цивилизации. Однако правовое положение рационализаторов и изобретателей, а также правовой режим осуществления рационализаторства и изобретательства как некой специфичной деятельности фактически не определены. Это не позволяет признать рационализатора и изобретателя занятым в экономике, коммерциализировать фактически созданный дополнительный продукт в экономике и удовлетворить фискальный интерес государства. Авторы квалифицируют не обусловленное трудовым договором рационализаторство и изобретательство как самозанятость, аргументируя это организационной и правовой конструкцией самозанятости в целом, а также изобретательства и рационализаторства в частности.